|
|
12 Ноябрь, 07 12:34 pm [На главную страницу]
ОАО «Биосинтез»: сквозь трудные, созидательные годы жизни
 1. ТА ЗАВОДСКАЯ ПРОХОДНАЯ, ЧТО В ЛЮДИ ВЫВЕЛА МЕНЯ…
Историю любого предприятия делают люди, которые на нем трудятся. Раиса Ивановна Кирсанова проработала на ОАО «Биосинтез» с самого первого его дня. Два года назад ушла на пенсию, но связей с родным коллективом не прервала. За «историей» коллектива нам посоветовали обратиться именно к ней, что мы и сделали. Встретиться договорились в отделе кадров. Жду, пытаюсь узнать легенду завода в коридоре, который пустым на многолюдном предприятии не бывает.
— Раиса Ивановна?
— Она самая…
Миловидная, представительная женщина, которой с виду до пенсии еще шагать и шагать, остановилась. В руках у нее был ключ от кабинета председателя профкома предприятия, в котором она проработала 19 лет — там и пропали мы надолго…
— Вы кем работали на заводе с самого начала? — спросила собеседницу.
Раиса Кирсанова: После окончания технического училища пришла на завод аппаратчицей.
Корр.: Не того училища, которое рядом с вашим зданием соседствует?
Р.К.: Нет, что вы!.. Постановление ЦК КПСС и Совмина СССР о создании предприятия вышло в 1955 году, и по сути оно стало началом строительства завода медпрепаратов, где мы сейчас находимся. Государство сразу же озаботилось подготовкой рабочих кадров, ведь производство антибиотиков — дело сложное, ни на что не похожее, в Пензе ранее ничего подобного не было. Начинали учиться в ремесленном училище № 1, которое располагалось на ул. Ленина, а заканчивали его в нынешнем женском монастыре, что на ул. Кирова. Учились две группы аппаратчиков и одна — лаборантов, в которой находилась и я. На практику нас отправили в Москву, распределив на три разных завода. 1 апреля 1958 года, спустя три месяца, мы вернулись на завод, которого еще не было — шло строительство. Встретил нас директор предприятия Николай Дмитриевич Павлов, кстати, по профессии — строитель.
2. НАШ ПЕРВЫЙ ДИРЕКТОР
Собеседница продолжила свои воспоминания о событиях почти полувековой давности. Рассказывала обо всем, будто вчера было. Главное было не перебивать заводчанку, но ведь возникали и вопросы…
Р.К.: Когда мы пришли на предприятие, кроме директора были еще машинистка Анастасия Зверева и бухгалтер Иван Чекунов, и еще человек 10. К слову, редко такое бывает, чтобы о руководителе как у рабочих, так и ИТР было одинаково хорошее мнение: ни разу не встречала человека, который бы плохо отозвался о Николае Дмитриевиче. Нам было всего по 18 — 19 лет, по сути дети, и директор для нас был, как отец родной.
Он заботился и о подготовке инженерно-технических кадров — еще раз напомню, что наша отрасль была совершенно новым производством в нашей тогда полупровинциальной Пензе. «Высокие» кадры готовили только в Ленинградском химико-фармацевтическом институте (ЛХФИ) — там был создан технологический факультет. Директор заранее догадывался, что после Ленинграда вряд ли все выпускники захотят остаться в Пензе, отсюда взялся за организацию заочного обучения. В ЛХФИ вняли нашим просьбам, пошли навстречу.
В июне 1958 года Н.Д. Павлов собрал нас — пришло человек 80, одни девушки — заранее заявил: «Будете вступительные экзамены в Ленинградский институт сдавать». Мы сразу же запротестовали, мол, не готовы, будем поступать на подготовительное отделение! Но Павлов и здесь все точно прочувствовал — через год нас палкой учиться не загонишь, и применил свою власть. Собрав 30 с лишним человек (остальные успели отсеяться), оформили наши документы, и группа стала сдавать вступительные экзамены по-домашнему — в Пензенском пединституте. Для нас там была создана специальная учебная программа… Так мы стали студентами технологического факультета Ленинградского химико-фармацевтического института, за что потом благодарили судьбу.
3. О ДРУЗЬЯХ-ТОВАРИЩАХ
Р.К.: Из числа окончивших ленинградский вуз можно назвать Елизавету Сластунову, которая начинала аппаратчицей, а уходила на пенсию конструктором. Нину Калинину, проработавшую на заводе на разных должностях — от лаборанта до начальника цеха. Сейчас она тоже на пенсии, как и многие из нас.
Маргарита Разоренова начинала карьеру лаборантом, затем работала начальником отдела технического контроля. Кстати, уже после ухода на отдых ее приняли в Союз писателей… пишет стихи, и неплохие... Самой последней из первооткрывателей завода на заслуженный отдых ушла я. Перестройка создала обстановку, когда пенсионеры уступали свои места молодым. Надо сказать, в массовом порядке, что создало на предприятии дополнительные трудности.
Хорошо помню Анну Федину, да практически всех. Без отрыва от производства она окончила Московский химико-технологический техникум, прошла путь от лаборанта до первоклассного химика. Была награждена орденом «Знак почета», таким орденом награждена и Любовь Кочеткова — все они мне дороги, все, без преувеличения, личности. Институт Люба, правда, не закончила, трудилась на предприятии лаборантом, мастером. Всегда была очень активной, добросовестной, исполнительной. Параллельно была председателем цехового комитета, членом профкома, как и Федина Аня.
Корр.: А у вас, Раиса Ивановна, есть какие-то награды?
Р.К.: У меня медаль «За трудовое отличие». В группе заводчан, награжденных правительством, самыми первыми были мы, 4 работницы завода. Наш следующий директор, Анатолий Полунин, был удостоен высокого правительственного ордена. Он очень многое сделал по благоустройству завода и нашего поселка, где и сам жил долгое время. Анна Корнева награждена орденом Трудового Красного знамени, Дмитрий Соболев медалью «За трудовую доблесть».
Корр.: Ваш поселок начал строиться при Павлове?
Р.К.: Да, конечно. Раньше ведь как было: строится завод — нужны кадры, все делают и для их учебы, и для их жизни. Хоть те времена и ругают безбожно, но там все было продумано до мелочей. Сначала мы, молодые, обитали в рабочем поселке «Согласие» в общежитии барачного типа. Это здание и сейчас стоит. Позже заложили трехэтажное здание по ул. Дружбы. Это строительство начиналось при Николае Павлове. 1 апреля 1958 г. созвали первое профсоюзное собрание. Решали и производственные, и жилищные вопросы. Запомнилось тем, что в зале царило поразительное единодушие.
4. ПРОФСОЮЗНЫЕ ВОЖАКИ «БИОСИНТЕЗА»
Раиса Ивановна Кирсанова успевала совмещать производственные дела с работой в профсоюзной организации, и, конечно, наш разговор не мог не коснуться этой важной в недавнем прошлом стороны жизни коллектива «Биосинтеза».
Р.К.: Сначала у нас была создана профгруппа, первым ее председателем стала Галина Полупарнева. На завод она пришла раньше нас, была начальником участка, потом смены. До сегодняшнего дня живет в нашем поселке. Ну а первым главой заводского профсоюза стала Раиса Петрунина. Она участник Великой Отечественной войны, работала у нас главным экономистом. К сожалению, ее уже нет с нами. Очень интересный, душевный была человек — писала стихи, одной из первых на предприятии ей присвоили звание «Ветеран труда».
К слову, на том самом первом профсоюзном собрании была избрана жилищно-бытовая комиссия, куда вошла и Р.И. Кирсанова. Здесь она приобретала первые навыки общественной работы. Людей на предприятии становилось больше, стояла задача обеспечить их жильем.
Корр.: На чьи деньги возводилось оно — на государственные или на заводские?
Р.К.: Тогда у народа, как и у «Биосинтеза», денег вообще не было, обеспечение жильем было предусмотрено свыше.
Корр.: И когда вы стали председателем завкома?
Р.К.: В 1986 году, а до этого, как и другие его члены, выполняла разные конкретные поручения, связанные с улучшением жизненных условий тружеников. Первым председателем завкома, как уже упоминала, была
Р. Петрунина. Далее — не забывайте, что выборы тогда про¬ходили ежегодно, — Н. Гой.
В 1959-63 гг. профорганизацию возглавляла М. Голубева. К сожалению, ее тоже уже нет с нами. Она была очень активной, энергичной женщиной, именно при ней хозяйственным способом начали строить Дом культуры «Дружба», стала развиваться художественная самодеятельность, которая показала, насколько богатой была душа нашего коллектива.
Я слушала Раису Ивановну и не шевелилась — боялась спугнуть женщину с такой великолепной памятью, добрым сердцем — сегодня так не любят и так по-доброму не относятся к людям… Как много растеряли мы с годами, с перестройкой.
Потом в течение года профсоюзы на заводе возглавлял
И. Бодров, приехавший в Пензу по направлению из Ленинградского фармацевтического института. К сожалению, его тоже уже нет... А затем 14 лет (с 1965 по 1978 гг.) профсоюзным вожаком была Т. Евдокимова. Думали, что ее рекорд по продолжительности никто не побьет, но потом это удалось мне. Работала в этой должности с 1986 г. по 2005 г. Сегодня профсоюзы возглавляет Валерий Росса, в чьем кабинете мы и находимся.
Корр.: Как долго на «Биосинтезе» строили свои дома, где, на ваш взгляд, разорвалась эта благодатная цепочка?
Р.К.: С перестройкой, конечно. Были времена, когда дома сдавались ежегодно — трехэтажные, пятиэтажные и даже девятиэтажные. Ул. Дружбы, Клары Цеткин, Медицинская — по сути, целый микрорайон нашими домами застроен. Очередь на жилье была, но у каждого была надежда, что он его получит, к тому же бесплатно. Хотя в последних двух домах люди получали квартиры уже на долевых началах — часть положенной суммы оплачивал завод, часть — сами работники.
Кирсанова и сегодня без предприятия не живет, работает в совете ветеранов… вспомнила про вечера трудовых династий, потом про то, как все это куда-то ушло… хотя семейственность — в хорошем смысле — на заводе присутствует и сегодня.
Р.К.: Мы потеряли, подорвали морально не одно поколение, здесь и телевидение постаралось, и Запад… который не бездействует до сих пор. Чувствуется, что правительство спохватилось, по крайней мере, в глубинке, где люди крепче морально, поскольку ближе к земле, ее целебному влиянию. Недавно наш губернатор В.К. Бочкарев, например, собирал трудовые династии учителей, врачей — хоть какая-то подвижка в этом направлении наметилась. В этом году была на торжественном собрании в драмтеатре, радовалась, что среди награжденных были и заводские труженики. Слава Богу, стали осознавать, что без рабочих обойтись нельзя. Раньше как было? По итогам каждой пятилетки героев производства обязательно награждали правительственными наградами, и среди них обязательно были и наши заводчане. А сейчас награждают, в основном, артистов, прочих знаменитостей, хотя в последнее время попадаются и ученые...
Корр.: Вы, Раиса Ивановна, затронули больную тему. Вместе с праздниками, наградами мы, по-моему, списали из жизни самое эффективное поколение людей.
Р.К.: Я согласна с вами. Было время, когда наши люди, самые опытные, и производство тянули, и быт, и заводское строительство. Один садик возвели, очередь осталась, открыли еще один, всего от «Биосинтеза» работало 4 детских учреждения. Мамы приходили на завод и не беспокоились за своих детей — в садиках они были сыты, обласканы. И рождаемость высокой была, и никто не агитировал рожать детей, тем более, за деньги. На предприятии до сих пор сохранился свой детский оздоровительный лагерь и санаторий-профилакторий, который раньше был круглогодичным — сотрудники и летом, и зимой отдыхали там. По проекту он был рассчитан на 100 человек и располагался рядом с лагерем — на берегу реки Вядь. Живописное место — смешанный лес, сосновый бор. Воздух — целебный.
Корр.: Вы сами там бывали?..
Р.К.: Ездила туда раза три, в прошлом году мне выделили путевку как пенсионеру.
Корр.: То есть в путевках никому не отказывают?
Р.К.: Нет, но этим летом санаторий не работал, его закрыли на ремонт. Были путевки у нас и бесплатные, за иные платили всего 10% от стоимости. А еще у нас был свой Дом культуры, правда, теперь он не наш. Раньше был и стадион. От былого богатства остался один оздоровительный лагерь.
Корр.: То есть работы предстоит очень много — надо или вернуть прежнее «имущество», или заново создать.
Р.К.: У нового директора А.И. Черницова в любом случае работы, конечно, много. У него должны быть крупные шаги, а не шажки, что мы за ним и наблюдаем. К нам пришел опытный, энергичный человек, производственник. С его приходом численность людей на «Биосинтезе» потихоньку увеличивается, что тоже добрый знак.
Корр.: В этом году, знаю, «Биосинтез» зачислил 600 новичков. Там, где раньше работали в одну-две смены, теперь налаживают трехсменный режим работы.
Р.К.: Конечно, это хорошо, в городе появляются новые рабочие места, у людей есть надежда получить льготное жилье. После длительного перерыва планируется строительство нового жилого дома…
5. ПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ СЕКРЕТЫ «БИОСИНТЕЗА»
Корр.: Изначально вы, Раиса Ивановна, были аппаратчицей, производственницей… как предприятие поднималось, когда выпустили первую продукцию?
Р.К.: Самый первый цех запустили в 1959 году, через год после того, как мы пришли сюда. В августе 1958 года в коллектив прибыли первые специалисты, в основном выпускники ЛХФИ. Среди них была и Лариса Малышева, после замужества Боборико, а еще Валентина Болотенко, впоследствии Орехова. Они у нас на предприятии до конца проработали, от нас и на пенсию ушли. Стали приезжать специалисты и с других российских предприятий, уже имевшие опыт работы, хотя и не по нашему профилю — всякое удалось пережить, перевоевать каждому. Опыт с учетом специфики нашего производства имела только Ольга Кузнецова — наш первый главный инженер. Она пришла к нам в мае 1958 года, и четверть века проработала в этой должности. К сожалению, она тоже оставила уже нас. А первая продукция была выпущена в 1959 году — ровно через год после того, как мы прибыли на «Биосинтез». 1 апреля 1959 года — именно в этот день был посеян первый инокулятор (это наш профессиональный термин). Антибиотики, как известно, являются продуктами жизнедеятельности микроорганизмов.
Первым препаратом, который мы получили, был биомицин, а первым антибиотиком, произведенным в стране, был пенициллин, с которого и началась эра антибиотиков. Кстати, в нашей стране создательницей этого лекарства стала Зинаида Виссарионовна Ермольева, которая трудилась в Москве. Пенициллин был апробирован в годы войны, тогда его, кстати, производили не в аппаратах, а в молочных бутылках, но рассказывают, что он оказывал чудодейственный эффект — раны у бойцов заживали очень быстро. Сразу же после окончания войны в 1945 году началось строительство заводов по выпуску медпрепаратов — сначала в Москве, а затем — в Риге. У нас этот процесс начался только в 1955 году.
Корр.: Думаю, пензенцы не сами себе отдали распоряжение строить завод медпрепаратов?
Р.К.: Конечно, нет. Был Госплан, который в СССР все определял и планировал, кому что лучше поручить для исполнения. Был также Всесоюзный НИИ антибиотиков. Сначала мы производили биоветин — продукт для сельского хозяйства. После контрольной проверки качества нашу продукцию одобрили, и здесь стал выпускаться «человеческий» биомицин, а вместе с ним гранулы витамина В12. Мы производили его несколько лет подряд, пока это направление не передали Курганскому заводу по производству медпрепаратов, а в Пензе начали строить корпус с 50-кубовыми ферментаторами для производства тетрациклина, очень нужный антибиотик при желудочно-кишечных заболеваниях. Большого крупнотоннажного производственного корпуса сейчас, к сожалению, уже нет. Был построен 7-й корпус по производству готовых лекарственных форм, цех по производству кровезаменителей. Строился также корпус по изготовлению стрептомицина. Как раз туда меня и перевели. Однако потребность в этом лекарстве в огромных дозах отпала, и его выпуск во время перестройки остался на Красноярском заводе медпрепаратов, а нас перевели на производство пенициллина.
Корр.: Хотя вначале вы работали на стройке…
Р.К.: Конечно. Тогда ни один цех еще не действовал. Всем приходилось и траншеи вручную копать, и рыть, что называется, «окопы». Делали все, что нам поручали.
Когда строилась котельная, и кирпичи подавали, и раствор месили, котлован под фундамент делали. Потом, уже ближе к пуску, нас перебросили в цех, где пришлось все отмывать и оттирать… Но училась-то я в группе лаборантов и была зачислена в Центральную заводскую лабораторию. Когда завод начали запускать, сама попросилась в группу аппаратчиков — там зарплата была побольше, а у меня была одна мама, которая по состоянию здоровья работала телефонисткой на фабрике. Затем была аппаратчицей и потом уже технологом на основной опытной установке в Центральной лаборатории. Позже меня перевели на «тетрациклин». Работа была сменная, круглосуточная. Побывала и начальником цеха, но работа не пошла — тогда много начальников поменяли, и меня в том числе — такое сложное было производство. Перевели замначальника цеха, позже исполняла обязанности председателя заводского профкома.
Корр.: Вам бы орден надо было дать за такую биографию, а не медаль…
Р.К.: На заводе двое работников были удостоены ордена Ленина. Это Татьяна Подзарей, которая прошла жизненный путь, похожий на другие: техническое училище, аппаратчица, сменный мастер, начальник отделения. Она трудилась в 4-м цехе, и когда на заводе возникала сложная ситуация, Татьяна Ивановна могла сутками не выходить из цеха, и орден ей дали совершенно заслуженно. Второй орден Ленина получила Мария Киселева, а всех награжденных сегодня у нас 112 человек.
Корр.: Производство, производство.., а что помнится, Раиса Ивановна, кроме него?
Р.К.: Озорными мы были, бедовыми. Многие из нас жили в общежитии, и жизнь наша была не такой, как сейчас. Числились ленинградскими студентами-заочниками, но некоторые предметы нам преподавали в разных пензенских институтах — их выбор зависел от нашей специализации в ЛХФИ. После работы вечером ехали на учебу. Помню, как наш директор Н.Д. Павлов организовал для нас транспорт. Автобусов не было — к общежитию подкатывал грузовик со скамейками, мы запрыгивали туда и с шумом, смехом ехали по городу на учебу.
…Приятно отметить, что на «Биосинтезе» сегодня заботятся о ветеранах — им оказывают материальную помощь, а их на предприятии ни мало ни много — 1200 чел. Приглашают на профессиональные праздники, юбилеи. Раиса Ивановна сейчас работает в Совете ветеранов, ее энергии, как поняла, хватит и на большее. Думают на «Биосинтезе» и о молодой смене, учат ее делу, жизни (более подробно об этом читайте в следующем номере). Это тоже поднимает авторитет предприятия в регионе, делает его привлекательным для многих.
Всего в России раньше было четыре крупных завода такого профиля, как «Биосинтез» — кроме Пензы они до сих пор работают в Красноярске, Саранске и Кургане. Строились они по одному проекту (поедешь в Красноярск и окажешься у себя дома. Кстати, и другие объекты в СССР возводились по этому же принципу) и запускались почти одновременно. К слову сказать, пензенские «медпрепараты» на хорошем счету, как в отрасли, так и в городе. По прибыли, объему производства, численности работающих они вошли в разряд успешных заводов Пензенской области и в целом России. Видимо, это стало возможным благодаря тому, что в годы перестройки удалось сохранить коллектив и сам завод. Сколько их осталось только в памяти… Для сотрудников стараются создать все условия, в том числе и в части соцкультбыта. И эти шаги администрации находят добрый отклик у работающих, что в целом умножает славу ОАО «Биосинтез».
6. СОЦИАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ВСЕГДА БЫЛИ ГЛАВНЫМИ
— Что делается на заводе в последние годы по решению социальных вопросов, — задала вопрос помощнику генерального директора В.П. Михайлову, которого с трудом удалось оторвать от его насущных дел.
В.М.: В социальной сфере изменения если и происходят, то в лучшую сторону. Что касается санатория, о котором шла речь… он требовал капитального ремонта, здание обветшало, а заодно, надо поменять мебель, оборудование, аппаратуру. Пропустили сезон и потому, что у предприятия не было средств на его содержание. Теперь ситуация постепенно меняется. В детском оздоровительном лагере в этом году отдохнули 270 ребят наших сотрудников, было два заезда. Завод собирается выкупить его у государства, мечтает создать свой полноценный оздоровительный комплекс. Надеюсь, что это осуществится.
Решаем и другие жизненные проблемы. Имеется стройплощадка, где, начиная с 1992 года, мы возвели три девятиэтажных дома. Получили около 500 квартир для наших сотрудников.
Корр.: А что поменялось на самом производстве, Владимир Петрович?
В.М.: Многое, считаю. Если в августе прошлого года «Биосинтез» произвел продукции на 96 млн. руб., то в 2007 г. на этот же период на 246 млн. руб. В 19-м цехе установили дорогостоящую итальянскую линию. 19, 17 и 21-й цехи были переведены на трехсменный режим работы; сотрудников, по-другому рабочих мест, заметно прибавилось.
Даже в годы безвременья, в период крупных сокращений, как это, например, случилось в Красноярске, у нас в этой части все было по-божески. Если и уменьшилось число сотрудников, то за счет ЖКО, которое вместе с жилыми домами было передано на обслуживание городу. В Лунинский НИИСХ было передано наше подсобное хозяйство. Из-за отсутствия детей один детский сад переоборудовали в малосемейное общежитие. Второй реорганизовали под станцию переливания крови, хотя детишек становится все больше, как бы не пришлось строить их заново. Стадион «Спартак» передали в технологическую академию. Думаю, что это было правильное решение — каждый должен заниматься своим делом. Скажете все, мол, заглохло? Нет, в Доме культуры проводим свои мероприятия, на стадионе организуем спартакиады. Есть у нас и свой хор.
7. И МЫ ДРУЖИЛИ, И МЫ ЛЮБИЛИ…
Раиса Ивановна Кирсанова с улыбкой вспоминает, что из-за особенностей производства завод всегда считался женским, каждый мужчина был на вес золота. И была у них молодая красивая пара — Любовь и Валерий Брагины. Когда они приходили на танцы в клуб, было любо-дорого смотреть, как эта пара танцевала вальс… А однажды подхватил Валерий Любу на руки, и они кружились, кружились в вальсе… Это многим запомнилось на всю жизнь. Вместе Брагины прожили всю жизнь, воспитали сына, который окончил военное училище. Теперь их обоих, к сожалению, уже нет…
Рассказывая о своей судьбе, наша собеседница вновь вспомнила заводской клуб…
Р.К.: Руководитель нашего эстрадного оркестра как-то подошел ко мне и сказал, что какого-то гитариста не принимают на работу. Надо бы все-таки принять, потому что он на гитаре хорошо играет. Словом, поспособствуй.
На «Биосинтез» тогда не так-то легко было попасть, и мне пришлось за него хлопотать. Внешне он мне сразу не приглянулся, а руководитель сказал, что на гитаре он, действительно, играет великолепно. Это было самой главной рекомендацией. Не без участия профкома приняли его слесарем 3 разряда, но общежития не дали. Нашел он частную квартиру, где было голым-голо. Денег на житейские нужды не хватало, и он задумал увольняться. Тут я спросила, почему ему не присваивают разряд. Ответили, что он сам не просит. В общем, и разряд ему присвоили, и зарплату повысили. Жить сразу стало легче... сам он был детдомовцем, в Пятигорске у него осталась сестра с ребенком на руках, которой надо было помогать. Позже узнали: гитарист учился в политехническом, но не смог сдать на стипендию и был вынужден оставить учебу.
А у нас, что у нас… дружба постепенно переросла в любовь. Сначала он заходил в комитет комсомола, где я оставалась на обед, потом начались провожанья, а затем мы расписались, и он вновь поступил в политехнический институт. Всю жизнь проработал на «Биосинтезе» — начинал слесарем, а ушел на пенсию начальником цеха. До сих пор живем вместе. Так завод устроил мою личную жизнь, и таких на предприятии было много, и житейские истории, наверное, найдутся поинтересней нашей.
Владимир Петрович Михайлов сказал, что нашел спутницу жизни тоже на предприятии, и уже 33 года они живут вместе. Жена трудится инженером-нормировщиком. Сын и его жена трудятся в этом же коллективе. В итоге появилась на «Биосинтезе» целая династия Михайловых.
Но заводские династии — их там десятки — это отдельная большая тема разговора… |
|
|
